Встретимся на том берегу!Учитель легко оттолкнулся веслом от берега – и белая лодка неспешно поплыла к другому берегу, на котором расположился храм.

Молодой послушник, сидя на корме и задумчиво глядя на удаляющийся берег, промолвил:

– Сенсей, попав в монастырь, я буду надолго лишен простых радостей мирского существования. Сердце мое обливается кровью. Как хотелось бы утвердиться в том, что сделанный выбор правилен! Не оставил ли я что-то ценное на том берегу?

Лицо учителя приняло озадаченное выражение:

– Ты видишь там берег? На многие мили вокруг есть только одна твердь на ней стоит храм, чьи купола освещает солнце.

Послушник внимательно посмотрел туда, куда указывала рука Сенсея. Затем повернулся обратно.

– Но учитель... робко отозвался он.

Встретимся на том берегу!

Эта реплика, произнесенная задорным, совсем не свойственным учителю голосом, была последним, что услышал послушник.

 ***

От сильного удара по затылку у него потемнело в глазах, раздался громкий всплеск – и вот уже он беспомощно подергивается в воде.

Несколько секунд шока, прострации – и уши начинает заливать, он погружается. Глаза… Надо разомкнуть глаза… Веки под водой с трудом приоткрылись – глазные яблоки сразу резануло мутной жижей. Это привело его в чувство. Отчаянно дернувшись, послушник чуть не захлебнулся, но все-таки начал всплывать. Вверх, вверх – на поверхность. Вдох!

Внутри оформилось четкое понимание: надо – плыть. Если не плывешь – сразу уходишь ко дну.

Но как плыть? Непонятно. И он отчаянно начал барахтаться.

И вот – вроде бы начало получаться. Хаотичные взмахи руками постепенно сменились ритмичными гребками. Он почувствовал, что кое-как держится на поверхности.

После того, как первоначальное замешательство прошло, он заметил, что вокруг него люди. Много людей. Вся водная гладь вокруг насколько хватало взгляда усеяна головами. Некоторые барахтаются на месте, другие уходят под воду, третьи топят окружающих, а кое-кто целеустремленно уплывает куда-то вдаль.

Неожиданно всплывший сосед из последних сил вцепился в него и прошептал: «Помоги мне! Я тону!»

Послушник и хотел бы помочь, но вот незадача: он и сам не очень хорошо умеет плавать.

Настолько, что этого мастерства с трудом хватает, чтобы удерживаться самому – инстинкт подсказывает, что любая помощь бедолаге будет только тянуть на дно – и погубит. Откуда-то всплыло воспоминание о том, что только самые сильные и умелые пловцы ухитряются с трудом тащить на себе одно бездыханное тело, но даже им не под силу вытянуть на себе двоих. Куда уж ему, только начинающему учиться плавать, помогать другим?

Послушник незаметно оттолкнул под водой руку просителя, который начал медленно уходить под воду, и на всякий случай принялся отгребать подальше.

Надежда оставалась только на то, что ему удастся доплыть до спасительного берега раньше, чем кончатся силы.

Однако непонятно, где он, этот берег, в каком направлении. И есть ли он вообще? Можно было бы пристроиться к одному из замеченных уверенно гребших пловцов, понадеявшись, что они знают, куда двигаться, однако все они плыли в разных направлениях – так что можно было выбирать любое.

Небо было затянуто свинцовыми тучами, так что становилось непонятно, где солнце. Доверившись своему чутью, послушник выбрал наугад одно из направлений и поплыл, отмечая, что со стороны, наверное, выглядит так же решительно и уверенно, как те пловцы.

Он плыл долго – очень долго. Точную продолжительность определить было сложно, но по внутренним ощущениям прошло несколько дней борьбы с волнами и постепенно подступающей усталостью. Все это время он старался придерживаться однажды выбранного направления, надеясь, что плывет к берегу.

В его сознании все еще блуждали стыдливые мысли о том бедолаге, которого он оттолкнул. Как он вообще может помочь кому-либо в этой жизни, сам находясь в прискорбном и шатком положении, когда каждая секунда, не посвященная заботе о выживании, приближает его ко дну, он не может даже указать путь, не ведая, где находится берег – и есть ли он... Вот если бы он сумел достичь берега, выбраться на твердую почву, отдохнуть и набраться сил – тогда можно было бы построить лодку, вернуться и помочь тем несчастным, постоянно находящимся на грани людям. Да, именно так и следует сделать! Сердце его утвердилось в этом решении.

Послушник плыл еще долго, пока, наконец, не почувствовал, что больше не сможет сделать ни одного гребка. Руки окончательно отказывались повиноваться ему. Он глубоко вздохнул – и приготовился к неизбежному.

Но перед тем, как его глаза окончательно погрузились под воду, он успел заметить далеко вдалеке лодку и фигуру человека с веслом на носу. После этого нахлынувшая волна захлестнула его с головой и окружающий мир померк в глазах.

 ***

Неожиданно он очнулся и увидел над собой улыбающееся лицо Учителя. Они по-прежнему были в лодке, уткнувшейся в берег возле храма, купол которого все так же блестел на солнце, не изменившее своего положения на небе ни на йоту. Удивление, дрожавшее в глазах послушника, было таким огромным, что Учитель отложил в сторону весло и весело, от души расхохотался.

– Что это было, Сенсей? – потрясенный увиденным, спросил послушник.

– Ты и сам знаешь. Ответ на твой вопрос...

А. С. Безмолитвенный © 2010

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить