Артур поудобнее расположился в своем гамаке, выпрямил спину, скрестил ноги и начал:

– Начнем нашу сегодняшнюю мини-лекцию с небольшого экскурса в проективную топологию Бутылку: разбираясь с тем, как конкретно может развиваться четвертый контур, можно констатировать, что у художников, музыкантов и писателей это происходит немного по-разному. У художников и музыкантов он прорастает в сенсорную часть сенсомоторного контура. В визуальный и аудиальный отделы соответственно. У писателей и сценаристов – в координационную перемычку первого контура. В тот перешеек, который осуществляет непроизвольную координацию между сенсорными сигналами и моторным выходом.

Так вот. Поскольку психические процессы непредставимы визуально, аудиально и кинестетически, у писателей и близких к ним творцов в контексте дальнейшего медитативного развития есть некоторое преимущество, они могут строить сценарии будущих изменений. В том числе изменений своей психической структуры. Что и является необходимым для саморазвития. Однако для этого требуется система направляющих стропил –  «экзоскелет» 4 контура, позволяющий ему пройти сквозь стенку первого и снова вернуться во второй, при этом не будучи смытым ежесекундно поступающим от органов чувств потоком сигналов. «Внутренний», или индивидуальный, язык. Система навигации.

Язык этот не может основываться на принципе «жёсткой десигнации», подобно естественному.

– Что такое жёсткая десигнация? – спросил Андрей.

– Принцип, согласно которому одному означающему ставится в соответствие ровно одно означаемое. Если не принимать во внимание некоторые тонкие нюансы , язык, которым мы пользуемся, основан именно на этом принципе. Например, слово «стол» всегда означает стол. Слово «лампа» всегда означает лампу. Если мы будем пытаться использовать данный принцип для описания обнаруживаемых в рефлексии психических структур и состояний, то быстро уткнемся в границы его применимости. Как, собственно, обычно и происходит.

Именно поэтому для реализации творчества по созданию структур для изменения своей психической структуры необходимо реализовать особый тип внеязыкового мышления, способного седиментировать огромный объем информации в сгустке смысла, проявляющемся в одно мгновение. Этот сгусток должен содержать в себе данные об особенностях текущего состояния, будучи при этом достаточно полным для отражения всех существенных для его воспроизводства деталей. И всё это – параллельно с обычной жизнью, постоянно обновляясь для описания меняющегося состояния. Согласитесь, способ десигнации, который при этом должен применяться, явно не может быть обычным. Построение «внутреннего языка», основанного на этом новом принципе, уже представляет собой непростую задачу, на решение которой уходит несколько лет. И путь к её решению лежит через развитие навыка осознанной седиментации.

– Да, это мы уже поняли, – улыбнулся Петя. – Что именно ты предлагаешь для того, чтобы его осилить?

– Система дхьян является своего рода путеводной нитью, размечающий этот путь. Каждая из дхьян основана на том, чтобы достичь устойчивого внимания к непроизвольным процессам психики. Однако уровень «тонкости» и глубины этих процессов возрастает вместе с подъёмом по лестнице дхьян.

Проще всего прояснить это на примере медитации анапанасати. В классическом описании этой техники есть фраза, переведенная на русский следующим образом: «и когда ваше дыхание становится тонким, почти незаметным, наблюдайте его». В действительности речь здесь не о глубине или поверхностности дыхания. Речь о его непроизвольности.

Дыхание, как полупроизвольный процесс, обладает одним интересным свойством – если обратить на него сознательное внимание, само это усилие, как правило, приводит к тому, что дыхание немедленно становится произвольным.

Так вот. Задача первой дхьяны заключается в том, чтобы умудриться достичь осознанного внимания, сконцентрированного именно на непроизвольном дыхании, которое управляется координационной перемычкой первого контура. Такое иногда происходит при осознанном сновидении – особенно пробуждении в сонном параличе, – в трансе и при глубоком расслаблении под воздействием ТГК.

– Да, – кивнул Андрей. – Кажется, я понимаю, о чем ты… И в дальнейшем следует этот тонкий навык наблюдения непроизвольного всячески развивать и распространять на другие области психики?

Артур кивнул и продолжил:

– Итак, в целом картина относительно дхьян выглядит следующим образом:

Первая дхьяна знаменует собой осознанное наблюдение за непроизвольной работой одного контура, например, сенсомоторного.

Вторая дхьяна – осознанное наблюдение за непроизвольными актами на двух контурах, например, на сенсомоторном и эмоциональном.

Третья дхьяна – осознанное наблюдение за непроизвольными процессами на трех контурах:  сенсомоторном, эмоциональном и семантическом.

Четвертая – произвольное наблюдение за непроизвольной деятельностью на четырех контурах, включая тот, который до этого использовался для организации самого акта наблюдения.

И наконец, пятая представляет собой выход за пределы всей этой системы, когда «парадокс самоприменимости» наблюдающего и наблюдаемого удается преодолеть, и все ментальные процессы открываются как доступные для осознанного наблюдения. С некоторой долей условности можно сказать, что в этом случае вся психика поставлена на идеально отлаженный автопилот – и движется дальше в таком режиме, не требуя вмешательства осознающего. Тем самым впервые достигается полноценная свобода вместо постоянного реагирования на внешние и внутренние события.

– То есть это что-то наподобие ситуации, когда тело ходит, смотрит и говорит само по себе, а ты за этим наблюдаешь из «режима настроек»? – спросил Андрей.

– Да, можно и так сказать. Причем, при желании ты мог бы вмешаться и что-то изменить, но не видишь в этом необходимости – поскольку всё и так отлажено идеальным образом. Повторюсь: речь идет о достижении непрерывного самадхи в результате реализации пятой дхьяны.

– Хорошо. А чем это отличается от того, что есть сейчас? – спросил Андрей. – Ведь люди по большей части и так живут на автопилоте.

– Именно тем, что у них нет возможности вмешаться в этот механизм в любой момент и изменить его. А на уровне пятой дхьяны – есть.

Андрей неопределенно пожал плечами.

– Это и называется в буддизме «пустотой»? – задал вопрос Петя.

– Трудно сказать с уверенностью, – вздохнул Артур. – Если посмотреть на дело топологически, достижение пятой дхьяны будет означать выстраивание идеального «туннеля» из контуров, находящихся один в другом. Таким образом, пересечений стенок просто не образуется. При взгляде «изнутри», двигаясь по Бутылке, гипотетический наблюдатель никогда и ни на что не наталкивается. Этот опыт достаточно сильно отличается от привычного ежесекундного контакта со стенками. С некоторой точки зрения это можно назвать Пустотой.

– Правильно ли я понимаю, – задумчиво проговорил Андрей, – что достижение любой из дхьян вызывает повышение уровня произвольной самомотивации?

– Да, – кивнул Артур. – И механизм этого весьма интересен. Любая дхьяна выглядит как фрактал. Фрактал, образованный располагающимися один в другом контурами – если смотреть на эту картину в сечении; так, как будто бы заглядываешь в горлышко Бутылки. Именно при такой конфигурации мы имеем однонаправленное сосредоточение: ведь, с одной стороны, поток сигналов на разных контурах в этом случае когерентен и направлен в одну сторону, а с другой – находится под контролем. Это и даст мотивацию. Однако для этого надо разобраться с тем, как вкладывать контур один в другой – то есть, возвращаясь к тому, о чем мы говорили чуть раньше, – как сливать в едином ментальном акте данные от нескольких разных контуров.

Нулевая дхьяна, свойственная всем нормальным людям в результате приобщения к естественному языку, уже основана на этом эффекте фрактала. Именно благодаря нему каждый из нас может что-то сознательно вспомнить или представить.

Однако дальше второй дхьяны без понимания и вытекающей из нее модификации этого механизма не продвинуться. Для достижения третьей необходимо разрешить парадокс: если ты находишься в творческом состоянии, в котором в силу его генеративной природы постоянно извергается поток новых фантазмов – буквально фонтанирует, бьет ключом, – то как зафиксировать плоды, сиюминутные результаты этого потока? Какой частью психики? Учитывая, что если начать разворачивать их привычным языковым образом, то почти неизбежно выпадение из самого состояния потока?

Артур замолчал, глядя на свою притихшую аудиторию. Затем продолжил:

– Западная культура никак не разрешила этого противоречия, остановившись в целом на уровне второй дхьяны, которая имплицитно считается режимом творческой гениальности. Восточная, древнеиндийская – разрешила путем устранения из психике всего, кроме самого потока. Отказавшись от попыток фиксации результатов, можно погрузиться в порождающее состояние творчества. Отсюда – эта странная для нас тяга буддизма к избавлению от всего. К пустоте.

– То есть, – рассудительно протянул Петя, – когда на ретритах по випассане дается упражнение по медленной ходьбе, предполагается, что сначала с помощью медитации шаматхи нужно достичь определенной дхьяны, то есть устойчивости самого потока, а потом уже – осваиваться в нём, стараясь совместить с привычными бытовыми действиями. Монахи ходят медленно не оттого, что так заповедано. А просто потому, что удерживая это состояние, ходить быстрее они банально не могут.

Артур кивнул и Петя продолжил:

– Дай-ка я попробую собрать воедино всю цепочку мне известного о дхьянах… Итак, в Бутылке есть несколько узлов… скажем по-фрейдовски «сверхдетерминации». В них формируются гештальты –  на перемычке первого контура – и фантазмы – на перемычке второго. Это происходит в результате ежесекундной седиментации, слияния потока, поступающего от нижележащего контура и потока, обработанного вышележащим.

Эта свердетерминация, по сути, является истоком сознания, она же становится и основным запутывающим фактором. Самадхи позволяет распознать эту сверхдетерминацию, полностью понять, как она осуществляется. А значит – начать контролировать сознание в полной мере. На всех контурах. Для этого требуется четко осознавать процесс седиментации во всех точках, где она осуществляется. Причем ежесекундно – параллельно с его реализацией. А это невозможно сейчас из-за … эээ… пропускной способности семантического контура, реализованного по модели жёсткой десигнации, свойственного естественному языку. Соответственно,  только освоение, так сказать, «не-естественного» индивидуального языка позволит осознать, отладить и поставить все процессы, происходящие в Бутылке, на автопилот. И, таким образом, стать свободным.

А достигая третьей дхьяны, мы как раз способны отслеживать произвольным образом, как происходит непроизвольный процесс седиментации смыслов на семантическом контуре, и сделать понимание этого процесса основой для «индивидуального языка» нового типа. Оперирующего с такими нежёсткими, постоянно текущими объектами, как эмоциональные и ментальные состояния. Я в целом правильно понимаю?


© А. С. Безмолитвенный, 2018

 

You have no rights to post comments