Как правило, сны Артура, особенно осознанные, представляли собой напластование одних фантастических, нереальных эпизодов на другие. Особенно удивительным было то, что этот сон, в гамаке Secret Beach под шелест волн, до невероятия напоминал детальный перепросмотр – цепочку последовательных погружений в реальные события прошлого – с острым как яркий луч фоновым осознаванием:

День. Яркие лучи весеннего солнца заливают большой, оборудованный для танцев зал в подмосковном Пушкино. Спокойно струится негромкая музыка, подобранная одним из бесчисленных new age-инструкторов Катей Матюхиной. Плавно кружатся пары по паркету. Я лежу на боку, наблюдая за этим неслитным движением длинных шуршащих юбок и отстраненно-обрадованным выражением лиц танцующих. Лежу после техники «дыхание животного», в которой мне, вопреки инструкциям, удалось ухватить тонкое состояние разливающейся по телу истомной радости – и, улыбаясь, удерживаю его. Просто смотрю на узор из теней деревьев за окном, легкой вуалью покрывающий зал, смотрю сквозь пальцы своей правой руки, на предплечье которой покоится моя голова.

Это сочетание светлой, солнечной, возвышенной атмосферы и свежести, слегка поблескивающие в дневном свете, льющемся из открытого окна, ногти уводят сознание в воспоминание о детстве:

Морозный мартовский день. В детском саду тихий час. Ровный периметр из коек, опоясывающий спальную комнату. Одинокий анклав из четырех составленных вместе кроваток в центре. Рядом на соседней койке мирно спит девочка Катя из моей группы. Да и все остальные дети, насколько можно увидеть, тоже спят. Не сплю только я, разглядывая ногти на правой руке. В памяти – недавний разговор: я стою одетый перед прогулкой, прислонившись лбом к холодному оконному стеклу, за которым снег – и спрашиваю взрослых «а когда же весна»? Мне отвечают, что надо еще потерпеть, что тепло приходит значительно позднее – иногда вообще в мае. Рассеянный тусклый свет проникает в окно спальной комнаты, а я, глядя на трещину на стене, размышляю над тем, как образовался этот странный зазор, из-за которого по календарю весна должна начинаться в марте, а в действительности приходит непонятно когда. Мне еще неизвестно, что месяцы и сезоны изобрели в Италии, где значительно теплее и весна действительно приходит в марте, но подозрение о том, что за всем стоит какой-то фундаментальный социально-географический подвох, безусловно, начинает свою работу в этом направлении.

Будто рыбка, пойманная бреднем постепенно подтягиваемой эмоциональной сети, на поверхность сознания выплывает следующее воспоминание:

Начало марта, яркое солнце, теплое солнечное утро, Гоа. Я лежу на пляже и смотрю на море сквозь пальцы правой руки. Молодой, неглупый, самоуверенный и полный сил искатель. Вчера со мной произошло событие, навсегда изменившее траекторию судьбы. Удивительный и прекрасный, как прыжок дельфина, трип, запечатлевший пиковое состояние, доступное мне в этой жизни. Сохраняя привкус этого состояния, я блаженно улыбаюсь и созерцаю отблески солнца на поверхности волн, осваиваясь с тем, как мне теперь жить дальше. И отголоском внутренней несомненности приходит ощущение, что жить мне дальше – исключительно хорошо…

Отступающий как морская волна сон оставил ощущение мягкой неги, в недрах которой по мере пробуждения распускалось предвосхищение заведомо чудесного, как перед днем рождения в детстве. Утреннее солнце уронило свой луч на лицо Артура, заставляя сознание медленно вытекать из-под складок покрывала сна через мякоть розовато-оранжевых всполохов на внутренней стороне век.

Первое, что предстало взгляду после того, как он окончательно пробудился, была повторяющая контуры улыбки светлая полоска попки, приятно контрастирующая с умеренно загорелой спиной. И то и другое принадлежало девушке, избавлявшейся прямо на его глазах от остатков одежды. Отбросив на подстилку последнее, она медленно вошла в воду и поплыла.

Поневоле сомневаясь в том, насколько происходящее с ним сейчас реально, Артур залюбовался тем, как гармонично сочетаются отблески восходящего солнца, играющие бликами на поверхности моря, и золотистые волосы девушки, резвящейся в волнах…

Эта сцена продолжалось несколько минут, пока, наконец, основательно накупавшись, девушка не вышла на берег и не улеглась на подстилку, прикрыв глаза. Судя по всему, все так же не замечая его.

Предчувствуя интригующий поворот сюжета, Артур решил выбраться из своего гамака, благодаря черно-зеленой расцветке, как оказалось, сливавшегося с зарослями на берегу и за счет этого бывшего почти незаметным с берега.

– Простите. Не знал, что здесь нудистский пляж, – сказал он, с улыбкой приблизившись к подстилке, стараясь придать голосу как можно больше светского дружелюбия.

Девушка вскрикнула, вскочила и попробовала прикрыть наготу наспех подхваченной маечкой. Получилось не очень.

– Он не нудистский. И вообще – отвернитесь, – почти всхлипнула она.

– Хорошо-хорошо. Хотя я уже всё, в общем-то, видел, – примиряющим тоном произнес Артур, отворачиваясь. – Кстати, как вас зовут, прекрасная незнакомка?

– Олеся, – неожиданно быстро ответила из-за его спины собеседница. – Как же вы так незаметно здесь оказались?

– Приплыл вчера ночью и ночевал в гамаке, – с неподдельной искренностью ответил Артур. – Вот в этом, – на всякий случай показал он рукой. – А можно уже на «ты»? Кстати, я Артур.

– Ты приплыл сюда специально, чтобы подсматривать за мной, Артур? – уже гораздо более спокойно и даже с нотками заигрывающей иронии спросила Олеся. По её изменившимся интонациям можно было сделать вывод о том, что одежда уже обрела свое место.

– Видимо, да, – улыбнулся Артур, благополучно сделав этот вывод и поэтому разворачиваясь. – А…? – но договорить он не успел, потому что Олеся просто запечатала ему рот своим поцелуем. Как оказалось, из одежды она успела надеть только трусики на завязках, которые и были мгновенно сметены одним мощным движением. После этого воспоследовал быстрый и страстный секс на подстилке…

Потом, когда они плескались в волнах, обнимаясь и со смехом обсуждая произошедшее, выяснилось, что Олеся тоже далеко не каждый день посещает этот пляж.

– А ты невероятно смелая, – с уважением сказал Артур.

– Что ты, обычно я не такая. Просто… Не знаю, как ты относишься ко всяким мистическим предзнаменованиям, но мне сегодня приснилось, что я найду здесь свою любовь, прямо на этом пляже. Ну и представь себе – неожиданно появляешься ты. И выглядишь так… Интеллигентно, что ли. Застенчиво, несмотря на показную самоуверенность. Солнце играло в твоих волосах, – произнесла Олеся, заботливо поправляя выбившийся белокурый локон Артура. – В общем, совсем непохоже на пляжных гопников.

– Да, это многое объясняет, – стараясь придать голосу как можно больше шутливой многозначительности, произнес Артур. – «А я милого узнаю по дискурсу».

– Ну а что ты смеешься? – наморщила носик Олеся. – По крайней мере, ясно, что высшее образование у тебя имеется. А то и не одно. А я филолог, да. Граммар-наци, как сейчас принято говорить. Поэтому дискурс для меня крайне важен.

– И чем промышляют дипломированные филологи здесь, в тайской глуши? – поинтересовался Артур.

– В основном, экскурсиями… – несколько смущенно ответила Олеся.

– Ну это очень даже достойно, – поддержал её Артур. – Гораздо лучше, чем то, чем зарабатывает здесь большинство соотечественников.

– Ты знаешь, вот сейчас ты произносишь всю эту чушь – а для меня важно только одно: ощущение, что ты на каком-то очень глубоком эмоциональном уровне хочешь поддержать нашу связь, не закрываешься, не уходишь в сокрытие намерений. Ты ведь хочешь быть со мной дальше, я правильно чувствую? – спросила она, глядя ему в глаза. Артур серьезно кивнул.

– Вот видишь, – Олеся прильнула к нему всем телом, обвивая под водой ногами. – Значит, сон может быть правдой. Значит, я тебя нашла…

Артур, расставив ноги для устойчивости, крепко обнял её, чувствуя, как твердеет прижавшийся к плечу сосок.

– Это было непросто, но ты справилась. Это же, в конце концов, Secret Beach! – Его рука подхватила её тело снизу, остановив начавшееся было медленное сползание – и начала нежные возвратно-поступательные движения.

– Ну вот кто ты после этого, а? – улыбнулась Олеся. – Я же серьезно.

– Как кто? Son of the beach! – патетически пророкотал Артур, не прекращая своих манипуляций.

© А. С. Безмолитвенный, 2018

 

You have no rights to post comments