Рамки?Если вы – молоток, все окружающее превращается для вас в гвозди.

Американская пословица

Начнем анализ с достаточно сильного тезиса:

С феноменологической точки зрения процесс осознавания – это определенного типа восприятие.

Под восприятием здесь понимается не только получение впечатлений от перцептивного аппарата.

Можно воспринимать мысль подобно тому, как можно воспринимать ощущение или визуальный образ. В соответствии с этим, восприятие является способом данности чего бы то ни было сознанию.

Осознавание как феноменологически фиксируемый процесс тождественно восприятию именно в этом, расширенном смысле.

Можно (пока метафорически) представить себе осознавание как действие программы, собирающей, интерпретирующей и перенаправляющей данные, поступающие к ней. В таком случае способом реализации опыта "иметь сознание" для субъекта будет именно восприятие – непосредственное проживание получения сведений от других программ (перцептивных, аналитических и т.д.). Таким образом, кибернетическая основа процесса осознавания – программа, посредством которой сознание собирает в целостность всё многообразие восприятий в каждый момент времени. Поскольку конфигурация этих восприятий может быть разной, постольку для обеспечения константности и практической эффективности сознания требуется такой паттерн сборки, который способен поддерживать свою устойчивость вне зависимости от качеств (qualia) и объема поступающих данных.

Для того чтобы преодолеть неизбежно возникающую проблему перегрузки, сознание структурируется таким образом, чтобы игнорировать (не интерпретировать, «вытеснять» за свои пределы) весь избыточный (с точки зрения поддержания гомеостаза) объем восприятий. Следует специально отметить, что данном контексте речь идет не о вытеснении как отдельно осуществляемой психоаналитической операции, а о естественно осуществляемом фоновом «незамечании».  Подобно тому, как не замечают поначалу наличие «скрытого» образа на картине Сальвадора Дали. Подобно тому, как не замечают двойного смысла в невинных на первый взгляд словах шифровки. Просто потому, что отсутствует интерпретационный механизм, который мог бы помочь распознать его.

Соответственно, то, что называется индивидуальностью человека, задаваемой его картиной мира, постепенно – год за годом – формируется именно этим основополагающим паттерном сборки впечатлений, названным мною Интродигмой. Его специфика (конкретные проявления) дает (по крайней мере, на уровне предсказания потенциальных ограничений) всё многообразие типов личности. То есть по интродигме можно уверенно осуществлять типирование.

Чем же определяется этот паттерн осознавания, и каким образом можно обнаружить его у себя?

Чтобы ответить на этот вопрос, давайте задумаемся о том способе, посредством которого мы получаем информацию о состоянии нашего сознания.

Обратите внимание на то, что является содержанием вашего сознания в данную секунду. Визуальное впечатление, включающее в себя находящиеся в фокусе концентрированного внимания строчки (распечатанные или видимые на экране), область периферического зрения, обычно дающая лишь самое общее впечатление о происходящем вокруг; аудиальный фон (скорее всего, представляющий собой достаточно аморфную совокупность звуков), запахи, привкус во рту, кинестетические ощущения от тела (проприоцептивные ощущения, вибрации и прочее также можно условно поместить в раздел «кинестетика»), эмоции. И, наконец, то, что принято называть «мыслями».

Очевидно, что должен существовать уровень, на котором все эти разрозненные восприятия сливаются воедино – поскольку сознанию (вам) они предстают как целостность. Это и есть интродигматический уровень. Уровень "схватывания" всей целокупности впечатлений сознанием. С кибернетической точки зрения интродигма представляет собой весьма функциональный способ получения общей информации о системе тело+сознание, постоянной обратной связи на общее состояние этой системы[1]. Например, когда мы ощущаем «что-то не то», перед тем, как детализировать это ощущение и приписать его, например, затекшим мышцам шеи и спины (кинестетика), или прискорбной забывчивости в отношении какого-то важного вопроса (ментальная сфера), это происходит на интродигматическом уровне.

Итак, интродигма – это способ (паттерн, программа, структура) сборки воедино всех впечатлений, ощущений и мыслей, которые достигают осознания[2].

Более того, даже при наличии осуществленной детализации какой-либо перцептивной области (например, при сознательном обращении внимания на описанное выше ощущение), сам способ данности этой детализации сознанию будет интродигматическим – построенным по однажды заданной программе конденсации данных в целостность. Сама структура акта «схватывания» любой детализированной перцепции будет относительно стабильной.

Как универсальный замыкающий контур сознания, интродигма предполагает также возможность обратной связи на саму себя[3]. И это порождает ряд интересных последствий.

Обусловленность изменений

Изменяется ли интродигма во времени? Несомненно.

Как правило, этот процесс происходит постепенно, стихийно – и может быть назван "естественным дрейфом". Интродигма ребенка достаточно сильно отличается от интродигмы взрослого. Каждый может убедиться в этом, осуществив «перепросмотр» какого-либо эпизода из детства. Например, один и тот же мультфильм воспринимается совершенно по-разному в 5 лет и в 30. Несмотря на то, что визуальная картинка одна и та же. Что же изменилось? Есть несколько пластов: помимо мировоззренческих отличий, задающих способ восприятия, изменился еще и сам паттерн схватывания (обработки наблюдаемого и его концептуализации). То есть интродигма.

Недостатком такого (естественного) постепенного способа изменения интродигмы является его неконтролируемость – вы не можете осознанно поменять такой стихийно сложившийся паттерн, ежесекундно скатываясь, как шарик по наклонной плоскости, к следующему состоянию. Это дрейф, полностью определяемый программой, заложенной в самой интродигме, ежесекундно вытекающей из предыдущего состояния, ни на йоту не выходит за пределы предопределенности (многие ззотерические учения называют причинно-следственные связки, обуславливающие этот процесс, кармой, а усилия по изменению интродигмы – «отсечением кармы»).  Конкретное содержание впечатлений не оказывает на эту предопределенность практически никакого воздействия – именно потому, что интродигма, как «ловкий наездник», обрабатывает по единому шаблону любые перцепции и мысли.  

В итоге, что бы ни происходило с субъектом, какая бы лавина впечатлений не настигала его, восприятие всего происходящего будет полностью обусловлено интродигматической структурой, не предполагающей возможности обретения доступа к чему-либо, выходящего за ее рамки, а значит и основанные на осознании действия субъекта будут полностью предопределены ею же. Формируя способы описания, интродигма тем самым задает границы внутреннего мира, невероятно труднопреодолимые именно по причине их иллюзорности, «необнаружимости» изнутри, посредством самого ежесекундно создающего их паттерна.

Это и есть пресловутая «внутренняя тюрьма»[4].

Способы трансгрессии

Из этой ситуации видится два гипотетических выхода:

  • паллиативный – изменение программы текущей интродигмы – своеобразное «смещение»;
  • радикальный – выстраивание мета-интродигмы, способной включить в себя предшествующие.

Для «смещения» интродигмы требуется разорвать тянущуюся во времени цепочку обусловленности, остановить текущий паттерн естественного дрейфа, хотя бы на мгновение «отключив» привычную сборку мира[5]. Это даст возможность сформироваться и закрепиться другому паттерну, основанному на иных способах интерпретации. Однако опять же, результаты такой «остановки» слабопрогнозируемы. И более того – способ не дает контроля над самим процессом изменения интродигмы.

Требуется обрести опыт проживания нескольких сдвигов интродигматических паттернов и сравнения их для того, чтобы произвести своеобразную «триангуляцию» способов воспринимать мир, «создать» мета-интродигму, вмещающую в себя континуум возможных способов интродигматической сборки. Это откроет возможность для творчества в контексте состояний – возможность комбинировать и изобретать новые, никогда прежде не пережитые способы собирать мир. Разумеется, с последующим выделением среди них тех, которые представляются желательными (более контролируемыми, детализированными, полными, точными, эмоционально приятными, совершенными и так далее).

Однако это предполагает умение «архивировать» и «разархивировать» предыдущие интродигмы в рамках текущей мета-интродигмы.

Проясним этот момент. Поскольку интродигма – это вся целокупность доступного вам содержания сознания на определенный момент времени, постольку не может быть ситуации одновременного сосуществования в сознании двух интродигм. Что же в таком случае имеется в виду, когда мы говорим о восприятии одной из предшествующих интродигм? Например, когда описываем свой способ восприятия в далеком детстве? Возникает «заархивированный образ» этой интродигмы, воспроизводимый, разумеется всецело в рамках и средствами текущей интродигмы. Таким образом, «архивация» – это процесс запоминания, сохранения самих структурных особенностей восприятия. В результате архивации возникает концепт интродигмы, к которому затем можно возвращаться, воспроизводить, рассматривать его характерные черты и модифицировать, внося изменения[6]. Обычно в бытовом языке процесс архивации описывается словами «впитать в себя, целиком запомнить это мгновение». Частью «этого мгновения» будет и способ схватывания, задающий «оптику» восприятия. Именно его надо «дистиллировать», отделить от конкретных содержаний сознания – и семантизировать, описать для себя.

«Разархивация» – обратный процесс, в ходе которого концепт некоторой интродигмы становится способом реализации восприятия. Задумаемся над тем, как он может быть реализован. Если возникает задача воспроизведения структуры текущего осознания по лекалам, имеющимся в образе (концепте), в таком случае её реализация будет означать, что сам способ, которым этот концепт (образ) удерживается сознанием, должен перестроиться в соответствии с моделью, представленной в нем. 

Таким образом, для этого требуется:

  • Осознание текущей интродигмы – умение выделять стоящую за потоком образов и мыслей структуру, по которой они собираются в целостность. Последующая её семантизация.
  • Сохранение в сознании заархивированного концепта этой интродигмы.
  • Последовательная детализация рассматриваемого концепта в рамках последующей интродигмы, приводящая к перестраиванию осуществляющей этот процесс интродигматической структуры.

Это конкретизация второго – радикального – способа выхода за пределы тотальной обусловленности[7], более сложного и парадоксального: трансгрессии, предполагающей развитие аксиоматики сознания до собственного предела, подобно гёделевскому рассуждению, порождающее «невыводимый» в рамках аксиоматики действующей интродигмы способ восприятия. Что в свою очередь приводит к появлению построенной на принципах мета-аксиоматики интродигмы, полностью включающей в себя прежнюю, но выходящую за ее пределы, позволяющей закрепить достигнутые результаты в самом паттерне восприятия[8]. Ввести в состав текущей интродигмы сам способ растождествления восприятия и осуществляющей его инстанции, позволяющий многократно в дальнейшем производить «интродигматический сдвиг», изменение способа «собирать мир в осмысленную картину».

В связи с этим разделением паллиативного и радикального вспоминается метафорическое описание двух нейрофизиологических процессов, описывающих гипнотическое состояние. В одном из них наблюдается торможение большей части коры головного мозга с единственным очагом возбуждения, соответствующим восприятию гипнотических команд, а в другом – нормальное (свойственное человеку в обычном состоянии) возбуждение коры с одним доминирующим очагом гипервозбуждения. Интересно то, что сверхспособности (в некоторых традициях – так называемые сиддхи) демонстрируются именно во втором состоянии.

 

  А. С. Безмолитвенный © 2001-2011

Обсудить статью можно здесь

Размещение статьи на других ресурсах возможно. С обязательной ссылкой на www.bezmolit.tv


[1] Известно, что Аристотель называл душу «энтелехией тела».

[2] Если искать подходящую метафору в рамках кибернетического языка описания, то интродигма – это программа максимально высокого уровня, способная изменять сама себя.

[3] В частности, это проявляется в ситуациях некоторых ИСС – измененных состояний сознания, которые отчетливо фиксируются самим этим сознанием.

[4] Можно сформулировать это еще одним способом: интродигма не просто принадлежит субъекту, в определенном смысле слова он ею фактически является.

[5] Это похоже на описание «остановки мира», данного Кастанедой и в дальнейшем развиваемого в постнагуализме.

[6] Аналогия здесь будет такой: интродигма – это реальное событие, а концепт – это фотография или фильм, запись реального события. Наличие записи и соответствующего оборудования предполагает возможность делать монтаж – и изменять изображение. Для того чтобы «сделать запись», требуется обратить свое внимание на структуру реализации текущей интродигмы, а это значит – растождествиться со способом своего восприятия. Данное обстоятельство объясняет то, почему так сложно бывает вспомнить первые годы жизни, когда еще не сформировался механизм саморефлексии, способный обеспечить «критическую дистанцию» отстраненности при рассмотрении текущего способа восприятия, а значит – константность памяти.

[7] А не просто для смещения восприятия по имеющейся интродигматической программе.

[8] Похожей на описание «второго внимания» в работах Кастанеды.

 

You have no rights to post comments